Что происходит и почему
Ужин. Вы спрашиваете, как прошёл день, и слышите «нормально». Как контрольная? «Норм». Тарелка отправляется в раковину, дверь в комнату закрывается, а через минуту оттуда доносится смех: с кем-то он разговаривает охотно, только не с вами.
Отдаление от семьи в эти годы входит в программу взросления, и у него есть цифры. Американский психолог Рид Ларсон с коллегами просили 220 школьников 5-12 классов отмечать в случайные моменты дня, где они и с кем. От 5 до 12 класса, то есть примерно от 10-11 до 17-18 лет, доля времени с семьёй упала с 35 до 14 из каждых 100 часов бодрствования. А время, которое подросток проводил наедине с мамой или папой и в разговоре с ними, почти не менялось. Общих семейных вечеров становится меньше, разговоры вдвоём остаются.
Канадское наблюдение за 390 подростками с 12 до 19 лет уточняет, как меняются сами рассказы. В начале подросткового возраста и девочки, и мальчики рассказывают о себе меньше. У девочек в это время прибавляется и секретов, зато к середине подросткового возраста разговоров с родителями снова становится больше. У мальчиков секретов от родителей за все эти годы не прибавляется.
Главное для практики уже разобрано на странице о подростках 13-17 лет: родители знают о жизни подростка в основном из того, что он рассказывает сам, а рассказывает он тем охотнее, чем спокойнее встречают его признания. Расспросы и проверки дают заметно меньше. Значит, вытянуть рассказ нельзя, зато можно сделать так, чтобы рассказывать было безопасно.
Отдаление или тревожный знак
Обычная закрытость избирательна. Подросток отходит от вас, но тянется к друзьям и своим занятиям, учится примерно как раньше, спит по-подростковому поздно, но спит, и хмурое настроение перебивает хорошее событие. Тревожнее, когда перемена резкая, захватывает всё сразу и держится неделями:
- за несколько недель замолчал, хотя раньше был общительным;
- уходит не только от вас, но и от сверстников: не видится с друзьями, бросил секцию, не отвечает в чатах, выходные проводит в кровати;
- резко просела учёба, появились прогулы или отказ идти в школу;
- спит сутками или почти не спит, пропускает еду, заметно похудел или, наоборот, заедает;
- раздражается почти каждый день и по любому поводу, а не после конкретной ссоры;
- пропал интерес к тому, что нравилось, звучат фразы «всё бессмысленно», «я всем мешаю».
Американский институт психического здоровья NIMH называет почти всё это признаками подростковой депрессии, в том числе уход от друзей и семьи. Раздражительность и злость стоят в этом списке рядом с грустью: у подростков депрессия часто выглядит именно так. Если несколько признаков держатся две недели и дольше почти каждый день, списывать их на характер не стоит, подробнее на странице депрессивный эпизод. За изоляцией бывают и другие причины: социальная тревожность, травля, тяжёлая реакция на развод, переезд или утрату, то есть расстройство адаптации, алкоголь и другие вещества. Советы ниже могут помочь понять, что происходит, но специалиста в этих случаях не заменят.
Как вернуть разговор: план на ближайшие недели
Шаг 1, сегодня. Снизить давление. Вместо допроса скажите один раз, что вы замечаете, без оценки, и оставьте дверь открытой: «Мне кажется, тебе последнее время непросто. Лезть не буду. Захочешь поговорить, я рядом, и ругаться не стану». Ответа не требуйте. Задача этого вечера в том, чтобы подросток услышал: разговор с вами не кончится разбором полётов.
Шаг 2, каждую неделю. Бывать рядом без повода. В памятке для родителей министерства здравоохранения и социальных служб США советуют разговаривать в машине: не нужно смотреть друг другу в глаза, и трудную тему поднять легче. Так же работают прогулка с собакой, готовка, починка велосипеда, дорога до секции. Это практический совет, в испытаниях его не проверяли, но он сходится с данными Ларсона: разговоры вдвоём никуда не деваются, их надо ловить. Назначать «серьёзный разговор» не нужно. Одна тема за поездку, и если подросток отвечает односложно, можно просто ехать молча.
Шаг 3. Слушать больше, чем советовать. Когда подросток рассказывает о ссоре с другом, у взрослого сразу готово решение. Решение может подождать. Сначала уточните, что случилось, и признайте чувство, как разобрано на странице об эмоциях: «Обидно, когда свой человек так делает». Если непонятно, чего он ждёт, спросите: «Тебе нужен совет или просто рассказать?».
Шаг 4. Выдерживать признания. Нередко подросток проверяет вас на чужой истории: «А Макс вчера пришёл на урок пьяный». Если в ответ прозвучит лекция об алкоголе, он сделает вывод, что о себе рассказывать тем более не стоит. Интерес работает лучше: «И что было дальше? А ты что думаешь?». Если закипаете, возьмите паузу: «Мне надо подумать, вернёмся к этому вечером». Разбор поступка всё равно будет, но позже и спокойно.
Шаг 5. Несколько приёмов из мотивационного интервью. Это метод американского психолога Уильяма Миллера и британского психолога Стивена Роллника, созданный для консультаций специалиста: он помогает человеку найти собственные причины меняться, без уговоров. В метаанализе 21 исследования, где его проводили специалисты подросткам, употреблявшим алкоголь или другие вещества, эффект оказался небольшим, но держался и при повторной проверке. Как эти приёмы работают в руках самих родителей, почти не изучено, поэтому ниже не метод, а три приёма, которые согласуются с остальными данными о разговоре с подростками:
- Открытые вопросы. На «Всё нормально?» ответ один, «да». На «Что было самым дурацким за эту неделю?» или «Как тебе новый тренер?» приходится отвечать словами.
- Отражение. Своими словами вернуть смысл и чувство услышанного: «То есть ты вроде хочешь пойти, но боишься, что будешь там один». Подростки не любят, когда их «читают», поэтому отражение звучит как догадка и допускает поправку.
- Совет с разрешения. «Хочешь, скажу, что я об этом думаю?» Если ответ «нет», совета не будет.
Быстрых результатов не ждите. Исследований о сроках нет, но на практике первые недели ответы часто остаются такими же короткими: подростку нужно время, чтобы поверить, что новая манера не на один вечер.
В 13-14 лет рядом с этим остаются правила и присмотр. К 16-17 годам разговор идёт почти на равных, и мнение подростка весит больше.
Закрытая дверь и телефон
Закрытая дверь в 14 лет обычно значит потребность в своём пространстве. Дальше практические советы, а не выводы исследований. Комнату разумно признать его территорией: стучать и ждать ответа. Замок можно сделать предметом договора: закрываться можно, но если он долго не отвечает, а вы боитесь за его безопасность, вы откроете.
С телефоном то же различие, что описано на странице о подростках: открытая договорённость и тайная проверка. В нидерландском исследовании 497 подростков с 13 лет наблюдали три года. Когда подростки чувствовали, что родители вторгаются в их личное, через год родители знали об их жизни меньше, отчасти потому, что секретов становилось больше. Честная оговорка: связь нашли, сравнивая разные семьи. В исследовании 2018 года, где следили за изменениями у одних и тех же подростков, вторжение в личное секретов не прибавляло, так что причинность не доказана. Но и данных о том, что тайные проверки сближают, нет. Договорённости о времени с экраном и о ночи без телефона разобраны на странице о гаджетах.
Исключение одно, безопасность: признаки мыслей о смерти, самоповреждения, травли, взрослого, который втирается в доверие, наркотиков. Тогда вы смотрите и не делаете из этого тайны: «Я вижу, что тебе плохо, и мне страшно. Поэтому сейчас твоя безопасность для меня важнее тайны переписки».
Как спросить о самоповреждении и мыслях о смерти
Если есть признаки из списка выше или просто чувство, что что-то не так, спросите прямо, наедине и спокойным голосом. Разговор бок о бок подходит и здесь.
- «Бывает, что ты делаешь себе больно, чтобы стало легче?»
- «Бывает так плохо, что хочется умереть?» или «Ты думаешь о том, чтобы покончить с собой?»
Страх подсказать идею понятен, но обзор исследований на взрослых и подростках его не подтвердил: прямой вопрос частоту суицидальных мыслей не повышал, а разговор о них может их уменьшать.
Если ответ «да»:
- Поблагодарите за честность и не спорьте с чувством: «Спасибо, что сказал. Хорошо, что теперь я знаю». Уговоры «не думать глупостей» закрывают разговор.
- Уточните про сейчас: «Ты думал, как именно? Ты уже что-то делал?». Спросить о плане советует и памятка NIMH для близких.
- Если есть план или намерение, уже была попытка, он принял лекарства или вещества в опасном количестве, звоните 112. Не оставляйте его одного, уберите лекарства и всё, чем можно себе навредить.
- Если прямой опасности нет, покажите его специалисту в тот же день. Британские рекомендации NICE советуют, чтобы подростка с самоповреждением оценивал специалист, который работает именно с детьми и подростками.
- Не наказывайте и не требуйте обещаний «больше никогда». Подробнее на странице о самоповреждении.
Если отказывается идти к специалисту
До 15 лет согласие на медицинскую, в том числе психиатрическую, помощь дают родители. С 15 лет подросток по закону решает сам и сам может отказаться. Сведения о его здоровье родители вправе получать до 18 лет, но многие специалисты заранее договариваются с подростком, что останется между ними, а о чём родители узнают в любом случае. При лечении наркомании согласие за несовершеннолетнего дают родители. Привести старшего подростка силой нельзя, поэтому задача в том, чтобы он согласился сам.
Почему отказываются, изучено. Систематический обзор 22 исследований с участием людей 12-25 лет назвал главным препятствием стыд и страх ярлыка («я что, псих»). Дальше шли сомнения, что сказанное останется между ним и специалистом, трудность понять, что с тобой что-то не так, опасения насчёт самого специалиста и желание справиться самому. Помогали прошлый хороший опыт и поддержка близких.
Отсюда способы предложить:
- Говорить о том, что мешает ему, а не о диагнозе: «Ты третью неделю не высыпаешься и злишься на всё. С этим умеют помогать, давай сходим».
- Дать выбор там, где можно: психолог или врач, мужчина или женщина, очно или онлайн, какой день.
- Предложить одну встречу на пробу, решение о продолжении за ним.
- Объяснить правило про 15 лет и договориться заранее, что часть встречи он проведёт со специалистом без вас.
- Назвать промежуточный шаг: детский телефон доверия 8 800 2000 122, там можно поговорить анонимно.
Если всё равно нет, идите к специалисту сами. Для части проблем работа только с родителями проверена. При тревоге это программа SPACE: в рандомизированном исследовании с детьми 7-14 лет она не уступила терапии самого ребёнка, о старших подростках данных меньше, подробнее на странице о тревожном ребёнке. Когда подросток употребляет вещества и отказывается лечиться, есть американская программа для родителей CRAFT. В небольшом исследовании без контрольной группы, 42 семьи, за курс из 12 встреч примерно семь родителей из десяти смогли привести подростка на лечение. При агрессии есть метод Хаима Омера, данных у него меньше, он описан на странице об авторитете. Для подростковой депрессии работа только с родителями изучена меньше, но и одна консультация может помочь понять, насколько всё срочно и как говорить дальше.
Отказ подростка не относится к ситуации, когда жизнь в опасности: тогда звонят 112 сразу, не дожидаясь согласия.
Чего лучше не делать
- Допрашивать с порога. Серия «где, с кем, что делали» звучит как контроль, и в ответ приходит минимум слов.
- Взрываться, стыдить или наказывать за признание. В наблюдении почти тысячи подростков те, чьи родители резко встречали признания, со временем чувствовали себя более контролируемыми и больше скрывали.
- Отвечать нотацией на любую историю. В той же американской памятке советуют слушать и задавать открытые вопросы вместо лекций, иначе разговор обрывается.
- Тайно читать переписку без повода или снимать дверь с петель в наказание. При сравнении семей такое вторжение в личное связано с большим числом секретов.
- Оставить в покое, «пусть перерастёт». Уйти в сторону легче, чем стучаться в закрытую дверь, но так можно пропустить депрессию или травлю. Метод Омера описывает нужную позицию как присутствие без нападения.
- Обещать хранить в тайне то, что угрожает его жизни. Такое обещание придётся нарушить, честнее сразу сказать, что безопасность важнее.
- Вести к специалисту обманом, «к врачу насчёт живота». Недоверие и так одна из главных причин отказа от помощи, а обман подтверждает его.
Когда нужна помощь специалиста
Срочно, в тот же день, если подросток говорит или пишет, что хочет умереть, что лучше бы его не было, или вы нашли порезы, ожоги, другие следы самоповреждения. Звоните 112, если он говорит о плане, уже была попытка, он принял лекарства или вещества в опасном количестве или вы не уверены, что он в безопасности до утра.
Обратиться в ближайшее время стоит, если:
- две недели и дольше почти каждый день держатся раздражительность или тоска, пропал интерес к привычному, изменились сон и аппетит;
- подросток отдалился от всех, а не только от вас: от друзей, секции, переписок;
- резко упала учёба, он прогуливает или отказывается ходить в школу;
- он замкнулся после тяжёлого события: развода, переезда, смерти близкого, травли, насилия;
- появились признаки алкоголя, вейпа или других веществ;
- месяцами поговорить не удаётся совсем, дома копится напряжение, или вы сами на пределе.
Начать можно с педиатра, дальше детский психиатр или клинический психолог. С 15 лет подросток может прийти к врачу и сам, а вы можете прийти на консультацию без него. Детский телефон доверия 8 800 2000 122 работает бесплатно и анонимно, звонят туда и подростки, и родители. Номер стоит назвать подростку заранее, в спокойный день.